Карцинский плацдарм

Каждый раз, на кануне этой даты, которую обозвали осетино-ингушским конфликтом, я перечитываю эту, одну из первых, по данной теме, своих публикаций. Наверное, я сейчас, с учётом временных навыков и новых открывшихся обстоятельств, смог бы описать это время лучше. Но поверьте, это честное изложение фактов и событий, происходивших на маленьком клочке города Владикавказ-посёлке Карца.
Никакой предвзятости, никакого стремления придать ареал мученичества, или героизма людям, которых коснулись события тех дней, у меня не было. Слово плацдарм, придающий повествованию военный оттенок, использовано в названии для того, что бы подчеркнуть, что этот пятачок приобрёл стратегический характер, благодаря которому начался тяжелый обратный процесс, позволивший ингушам проживавшим в Осетии, все таки, не смотря на беспрецедентное давление, удержаться в ней, подав пример стойкости.

Руслан Парчиев.

«О жестокости боев за п. Карца видно и из записи в журнале боевых действий 42 АК за 3 ноября 1992г. В частности там указано «Особая активность и жестокость проявилась со стороны осетинских вооруженных формирований при ведении боевых действий за поселок Карца.»
(Из Постановления начальника ОСОГ при Генпрокуратуре Заместителя Генерального Прокурора РФ Чуглазова Г.Т. по делу № 18/92642-92)

КАРЦИНСКИЙ ПЛАЦДАРМ

Человек может забыть смерть близких,
издевательство,несправедливость, но отнимите у него имущество и, если это будет хоть груда камней,он этого не простит никогда.
(Макиавелли.)

Все началось 3 ноября ровно в 12 часов.

Первой ошибкой командования был неудачно выбранный час начала операции.

Окруженный беспрерывно стреляющими из минометов,крупнокалиберных пулеметов и стрелкового оружия, блок-постами — хорошо оборудованными, стационарными, со стороны города и нефтебазы и самопального, наспех сработанного, кударцами-беженцами из Грузии, проживавшими в лесхозе, со стороны Октябрьского, посёлок Карца на протяжении, по крайней мере десяти дней был полностью изолирован от внешнего мира.

Вспоминая разнообразие оружия, которое применялась, особенно по ночам в стрельбе по Карца, от Алазани до града и танковых болванок, пытаясь вникнуть в смысл применения тяжелого оружия не избирательного действия федеральными силами, я не мог понять логику этих опасных в физическом и правовом плане действий.

И только когда я ознакомился с документами Генеральной прокуратуры понял, что власти упорно пытались спровоцировать нападение непосредственно с территории Ингушетии, но поскольку там, какой либо организованной силы, могущей начать действия смахивающие на агрессию не было, все потуги властей ограничивались только негативной реакцией ингушей, жителей РСО-Алании.

Но они ограничивались только блокировкой некоторых улиц непосредственно в черте своего проживания.

Не дождавшихся действий, хотя бы напоминающих агрессию из вне, в регион был командирован Хижа, который, выступлениями по местному телевидению, провоцировал население близлежащей Ингушетии к активным действиям против Осетии, осыпая угрозами депортации местных ингушей. Но жители метрополии, как обычно, кроме угроз и воинственной риторики, никаких действий не предпринимали.

Видно Хижа и Шойгу торопились домой, иначе никак не объяснить не обдуманное решение начать нападение на Ингушетию воспользовавшись убийством одного и ранением другого офицера милиции, которое произошло при пересечении ими кударского поста в Октябрьском, выданного в сводках по Осетии как ингушскую агрессию, после которой последовал обстрел из гранатометов и пулемётов домов ингушей, проживавших в Октябрьском.

Попытка родственников, как то помочь пострадавшим от обстрелов, произошла уже после обстрела ингушских домов и носила характер локального проишествия, однако было использовано как основание для эскалации конфликта и введения Чрезвычайного положения. Кто внимательно изучит постановление Генеральной прокуратуры, разумеется из тех кто был очевидцем событий, поймёт что Хиже и Щойгу, не хватило терпения, организовать провокацию по солидней. Напоминает сценарий нападения немцев на Польшу. Новое- хорошо забытое,старое.

Но утром 3 ноября огонь, который до этого велся беспрерывно, полностью прекратился. На окраину лежащего через дорогу военного городка «Спутник » стягивалась бронетехника, грузовой и медицинский транспорт и огромное количество солдат и вооруженных людей с белыми повязками на рукавах.

Наступившая тишина, была страшнее непрерывного, многодневного обстрела к которому начали привыкать. Она похоронила надежду на то, что кошмар с приходом федеральных сил кончится.

Карца замер в ожидании. Стало понятно, что это операция не по разъединению, о чем была попытка договориться в штабе армии, а как минимум карательная акция. Разно шерстность людей и белые повязки не давали повода для сомнений, а точное время-12 часов дня, которое молча выжидали скопившиеся боевые части, подчёркивали воинский характер операции.

Открытая подготовка к операции и ее начало в середине дня, как выяснилось позже, были второй ошибкой Хижи и Щойгу. Слухи о взятии заложников и расправах над ингушами во Владикавказе и Октябрьском, уже докатились до жителей поселка. Стало ясно, что пощады не будет. Неумолимая, странная тишина давила горло и провоцировала желание дороже продать свою жизнь.

И, когда ровно в полдень, под рев танков и клубы дыма от выхлопных газов огромная масса техники и людей, двинулась к посёлку с намерением раздавить, раскатать, смешать с землей жалкую кучку народа с их домами, детьми и скарбом, она встретила упорное сопротивление. Оно было отчаянным как сопротивление зверя, загнанного в угол, которому не осталось иного выбора кроме смерти.

Большинство жителей посёлка показали на своём примере, что в самой опасной и трагической ситуации, как правило самыми решительными, самыми отчаянными становятся те, кто в обычной ситуации был тих и скромен. Те, кто не блистал воинственной риторикой и не кичился своим патриотизм, были самыми хладнокровными и стойкими. Ружья и нелепые, допотопные, винтовки и наганы, бутылки с соляркой, поваленные столбы и деревья, использованные обороняющимися, остановили рвущуюся вперед военную колону.

А активисты и ура патриоты, основная масса которых охраняла заложников, важные и несговорчивые, исчезли тихо и незаметно, бросив своих подопечных. Но тем поразительней то, что произошло. Мощность движения захлебнулось, армада затопталась на месте. Можно с уверенностью сказать, что за все дни противостояния никто в поселке не видел более пяти автоматов, даже в этот, наивысшего накала боевых действий, момент. Дело дошло до того, что тот, у кого был автомат, считал себя обязанным противостоять БТРу или танку. Сейчас это кажется странным, но танки — настоящие танки, палили по стенам домов делая огромные пробоины.

Но не смотря на всю свою мощь, потеряв много времени, в попытке сходу , как в других населённых пунктах выбить людей, армия вынуждена была, блокировав улицы со стороны трассы БТРами двигаться дальше на Октябрьское, Куртат и Дачное. Сало ясно в чем вторая ошибка спланировавших операцию- позднее начало штурма. Увязнув в посёлке, военные не укладывались во время выхода на рубежи Ингушетии, что, из- за наступления темноты, могло сорвать всю операцию.

Весь день боевики с БТРов и самого высокого здания школы расстреливали поселок, который огрызался из подворотен, чердаков и окон, но войти в него так и не смогли.

Бои стихли вечером, когда силы оборонявшихся истощились, а патронов стало меньше чем оружия. И, уже в сумерках, когда основная масса кударцев и ополченцев, вернулась с границ Ингушетии, боевики при поддержке бронетехники прорвались в поселок.

Сейчас с высоты времени , мы знаем, что главной задачей нападавших была попытка выбить, вернее выдавить людей из посёлка, в сторону Ингушетии.

Вероятно стратеги решили, что таким образом можно решить самый сложный вопрос на Кавказе- территориальный. Однако реализация плана зависит во многом от исполнителей.

Это был третий просчет учредителей чистки. Карцинцы были «народом» не бедным. Люди, руками которых власть пыталась реализовать свою давно задуманную операцию, были — например кударцы из Грузии — бедны и алчны, другие. — российские контрактники, приехали с целью не выполнять какую то определенную задачу, а просто поживиться.

Внезапно открывшаяся перспектива обогащения и чувство полной безнаказанности, вскружившее голову и поборовшая страх быть застрелянным, стала союзником карцинцев против штурмовавших.

Наиболее организованными и деловитыми, в плане мародерства, были контрактники — миротворцы, осетины и русские, из Южной Осетии. В военных частях атаковавших посёлок, помимо боевиков — кударцев, было много русских военнослужащих в чинах. Как я узнал позже- контрактников из миротворческого контингента с границы Грузии и Южной Осетии.

Часть из них, еще не отягощённая трофеями, как-то пытались выбить скрывавшихся в садах и задворках домов карцинцев, но было поздно. Ночь, усталость, риск нарваться на пулю, а главное унести добычу, сделали свое дело. Захватив в «плен» около сотни женщин и детей, обманутых посулами и вышедших из укрытий, убив некоторое количество неосторожных мужчин, (их могилы вы и сейчас найдете в центре Карца), солдаты и боевики, ушли, отягощенные добычей, так и не сумев, выбить из посёлка жителей. Уходя они, все же не забывали поджигать дома. Эта была важная, составная часть операции.

Их слаженные действия были отработаны и походили на ритуал. Настежь открывая окна и двери домов, они, из пристегнутых к поясу фляжек с соляркой, деловито полив матрасы и подушки, поджигали их, иногда сбрасывая на пол. Огонь и сквозняк, делали остальную часть работы. ( другие тринадцать населённых пунктов, таким образом, были сожжены полностью) Но тогда, в Карца, домов сгорело немного.

Люди, следом, выползали из своих укрытий и бросались тушить дома. Карца остаток ночи был вновь в руках защитников. С утра, но не слишком рано, опомнившись, боевики вернулись, чтобы завершить чистку, но было поздно. Карцинцы — ингуши, ворвались в военный городок «Спутник» и смешались с русским населением, а их соседи — поселковые осетины и русские, осмелев, весь день охраняли их дома и остатки скарба.

Ночью карцинцы возвращались снова. Сил и средств у боевиков, чтобы без помощи солдат и кударцев из Грузии выбить карцинцев, уже не было.

И так получилось, что там, где у ингушей было больше соседей осетин, сохранилось домов больше, а людей погибло меньше.

Позже я много думал о том, почему карцинцы — и осетины и русские, пытались сберечь имущество своих соседей, и часто рискуя жизнью, противостояли боевикам, спасая своих соседей и почему в других населенных пунктах, все было не так?

Я сделал, сделал тогда единственный, кажущийся и сейчас самым разумным вывод — нет в мире осетин, лучше наших — карцинских! Нет в мире соседей, лучше наших- карцинских! И хотя изнурительное противостояние карцинцев и властей Осетии не закончилось и поныне, я и сейчас, спустя, почти три десятка лет, не сомневаюсь в правильности вывода, сделанного тогда — самое тяжелое для нашего народа время.

Именно, тогда, на улицах Карца, рухнула надежда Галазова и Дзасохова, с помощью Щойгу и Хижи, избавиться от ингушей, очистив от них Пригородный район и город Владикавказ.

Именно тогда они явили собой пример для подражания. Именно тогда они доказали , что героизм не в том, что бы грудью стоять за чужой спиной, из далека изрыгая словесный понос в виде угроз и воинственных речей. И не в том, чтобы в маршрутках и на компьютерных кнопках демонстрировать ура-патриотизм, который легко переходит в жалкое скуление о несправедливости и обидах. Они вгрызлись в этот клочок земли показав, что никакие усилия военной машины Осетии и России, не смогли вырвать у них этот поселок, с осетинским, но приятным слуху каждого ингуша названием — Карца.

Р. Парчиев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>