Обвиняемыми по делу о пытках в полиции в Ингушетии стали восемь человек

18033Следствие по уголовному делу сотрудников Центра по противодействию экстремизму МВД в Ингушетии закончено, обвиняемыми по делу проходят восемь человек. Потерпевшие рассказали «Кавказскому узлу», что отказываются идти на примирение с теми, кого они обвинили в пытках. Руководитель ингушского ЦПЭ
Тимур Хамхоев и оперуполномоченный Адлан Хамхоев были задержаны в декабре 2016 года. Первоначально их задержание объяснялось расследованием дела о вымогательстве денег у жителя Азербайджана, затем им была инкриминирована причастность к смерти 50-летнего Магомеда Далиева и пыткам его жены. 16 января 2017 года по этому делу был задержан замглавы ЦПЭ Сергей Хандыгин. 30 января стало известно, что Тимуру Хамхоеву и его подчиненным предъявлено обвинение в окончательной редакции, причем самого Хамхоева следствие заподозрило в подделке диплома об образовании.
В июле 2017 года международная правозащитная группа «Агора» сообщила, что сотрудникам ЦПЭ Ингушетии предъявлено обвинение в убийстве, разбое, вымогательстве и нескольких эпизодах превышения должностных полномочий с применением насилия в отношении задержанных, в том числе Магомеда Далиева, который подозревался в ограблении отделения банка и скончался во время допроса. Смерть Далиева вызвала большой общественный резонанс.
О том, что Хамхоев заподозрен в подделке документов, в сентябре 2017 года написал руководитель правозащитной организации «Машр» в своем блоге на «Кавказском узле» Магомед Муцольгов. «Пятимат получила уведомление о том, что следственными органами в отношении Тимура Хамхоева возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.327 Уголовного кодекса РФ (использование заведомо подложного документа)», — сообщил Муцольгов.
Всего обвиняемых по делу Центра «Э» восемь человек, среди них Тимур Хамхоев, Сергей Хандыгин, Ахмед Беков, Адлан Хамхоев, Иса Аспиев и другие, сообщил 11 февраля «Кавказском узлу» сотрудник МВД по республике. Среди потерпевших, по его словам, десять человек, девять – жители Ингушетии, один – гражданин Азербайджана.
Информацию том, что следствие по делу закончено, подтвердил пресс-секретарь следственного управления СКР по Республике Ингушетия Зураб Героев. Он не уточнил, когда дело будет передано в суд. По оценке Героева, процесс ознакомления обвиняемых и потерпевших с материалами займет «не один месяц».
«Затем дело будет направлено в прокуратуру для ознакомления с обвинительным заключением. И лишь потом дело будет передано в суд», — сказал пресс-секретарь.
По мнению адвокатов потерпевших, следствие проделало недостаточную работу.
«Несмотря на сложности и препятствия, которые чинились адвокатам, защита добилась многого. Тимура Хамхоева привлекли по десяти эпизодам уголовного дела, остальные фигуранты тоже обвиняются в нарушении должностных полномочий», — рассказала корреспонденту адвокат Марем Точиевой (жены Магомеда Далиева) Хеди Ибриева.
Однако, добавила она, несмотря на то, что были приведены весомые доказательства вины одного из офицеров — показания потерпевшей Марем Точиевой, защите не удалось убедить следователя в виновности этого человека. «Он так и не был привлечен к данному уголовному делу в качестве обвиняемого», — сказала Хеди Ибриева.
Она также выразила недоумение по поводу того, что Магомед Беков – бывший начальник Сунженского РОВД, обвиняемый по ст.286 УК РФ (превышение должностных полномочий), находится под домашним арестом.
Потерпевшие отказываются идти на примирение
Одним из потерпевших по делу признан Магомед Аушев. Его адвокат Тома Цечоева рассказала, что ей, как и Магомеду Аушеву, приходилось «выдерживать натиск родственников сотрудников ЦПЭ с просьбой, а порой и требованием отозвать заявление из полиции». Магомед, который стал инвалидом, с трудом участвовал в следственных действиях.
«На опознание приезжали раз семь. Нас держали по два-три часа, потом сообщали, что опознания не будет. А для Магомеда, у которого постоянные головные боли, такие поездки в Магас, да еще и часы ожидания были тягостны», — рассказала Тома Цечоева. Но потом, по ее словам, следствие пошло ровно.
Мовлатхан Аушева, мать Магомеда Аушева, рассказала «Кавказскому узлу», что только недавно перестали приходить делегации стариков, родственников сотрудников ЦПЭ, которые уговаривали Магомеда забрать заявление. «Дело доходило до откровенных угроз. Магомеду и его брату даже пришлось на некоторое время покинуть Ингушетию», — говорит женщина.
Она сетует, что состояние здоровья у ее сына по-прежнему у нее вызывает опасение. «У него до сих пор болят почки и мучают головные боли», — жалуется она.
Житель села Сурхахи рассказал, как опознал силовиков
Житель Ингушетии Зелимхан Муцольгов рассказал, что силовики пытают задержанных, надевая на них черные плотные пакеты, но он смог опознать двоих из сотрудников правоохранительных органов. Сам Зелимхан Муцольгов был задержан в ноябре 2010 года в своем доме в селе Сурхахи. Почти пять дней после задержания он провел с пакетом на голове.
Когда было возбуждено уголовное дело в отношении сотрудников ЦПЭ, Зелимхан участвовал в опознании. По его словам, один из силовиков заявил, что в первый раз его видит.
«Я ему сказал, что, конечно, первый раз видишь без пакета на голове. А я тебя очень хорошо видел через порванный пакет, когда ты на мне отрабатывал удары», — вспоминает он.
По словам Муцольгова, на пятые сутки после задержания его вывели в пакете во двор, сказали, что повезут куда-нибудь подальше и там расстреляют. «Перед этим спрашивают – писать сможешь? Тогда давай, пиши и диктуют: «Я, Зелимхан Муцольгов был задержан правоохранительными органами и отпущен через три часа. К правоохранительным органам я претензии не имею» и подпись. Закинули в багажник и, приехав на берег Ассы в районе станицы Нестеровки, выкинули. Босого, полуголого, избитого меня двое парней, которые в Ассе мыли машину, отвезли в Сунжу, где жил двоюродный брат…. Потом я три недели еще проходил курс лечения. А затем собрался и с семьей покинул Ингушетию», — говорит Зелимхан.
Один из тех, кто, по утверждению Муцольова, избивал его, оказался его бывшим однокурсником.
«Тот стал убеждать меня, что его там и близко не было, говорит, что готов на Коране поклясться. Я ему сказал, что видел его через порванный пакет, как он усердствовал. И тогда он стал говорить, что он подчиненный, его заставили и он вынужден был исполнять приказ, противно было смотреть, как человек унижается, чуть ли не плачет. Хорошо, говорю ему, тебя заставляли. Но что тебе мешало с любого телефона позвонить моим родным и сказать, где я нахожусь и что со мной?» — рассказал Зелимхан Муцольгов.
По его словам, когда он приезжает домой для участия в следственных экспериментах, то от ходоков, которые пытаются уговорить забрать заявление, «спасения нет, мол, по своим законам разберемся».
«Я ни с кем не хочу видеться. По каким законам эти нелюди над людьми издеваются, где тогда были эти миротворцы?» – возмущается Зелимхан.
Комментариев со стороны обвиняемых или их официальных представителей относительно информации о предъявлении окончательного обвинения пока не поступало

http://www.kavkaz-uzel.eu/articles/316415/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>